История Валаама (Числ. 22-24) – любопытное отступление в Пятикнижии, и не только потому, что в ней фигурирует говорящая ослица.
С Исхода по Второзаконие рассказывается история израильтян, которые следуют за Моисеем из Египта, через Синайскую пустыню и в землю обетованную. В этих книгах рассказывается о том, как Бог установил завет со Своим народом (Исх. 20; 24), о внутренних и внешних проблемах, с которыми они столкнулись (например, Исх. 32), о законах, которым они должны были следовать (например, Исх. 20-23:19; Лев. 19), и даже о том, как они обустраивали свой лагерь (Числ. 2).
Странно, но в тот момент, когда израильтяне прибывают к месту своего долгожданного назначения, готовые войти в землю и унаследовать ее (22:1), камера отъезжает от их лагеря. В результате наши главные герои явно отсутствуют в самой длинной непрерывной истории в книге Чисел. Чтобы понять важность этого обрыва и, следовательно, замысел отрывка, необходимо рассмотреть его литературный и исторический контекст.
Древние обещания и мантическое искусство
Вспомните, какие обещания дал Бог Аврааму, прародителю израильтян. Несмотря на то что патриарх был стар и не имел наследника, Бог обещает ему, что его потомство будет многочисленным, как звезды небесные и песок на берегу моря (Быт. 15:5; 22:17). Они также унаследуют землю обетованную после того, как проведут время в рабстве (15:7-16), и станут благословением для всех родов земли (12:3). Числа 22-24 содержат отсылки на каждое из этих обетований. Повествование сразу же отмечает, что израильтяне действительно стали многочисленными, вышли из Египта и расположились лагерем напротив Иерихона, собираясь войти в обетованную землю и получить ее (22:1-5). Это важный момент в исполнении Божьих обетований, данных Аврааму и его потомкам.
Валаам назван прорицателем (Иис. Нав. 13:22) или тем, кто ищет предзнаменований (Чис. 22:7; 23:23; 24:1), поэтому полезно немного узнать о древних системах гадания. Древние божества Ближнего Востока не были суверенными. Их решения могли быть аннулированы заклинаниями и ритуалами; решения одних божеств часто расходились с решениями конкурирующих божеств; они не были всеведущими, что проявилось в их практике гадания. Именно эта космология лежит в основе слов и действий Валаама и моавитянского царя Валака.
Не обманывайтесь тем, что Валаам называет Бога Израиля «Господь, Бог мой» (22:18); это не говорит о том, что Валаам был предан исключительно Богу Израиля, поскольку для древних жителей Ближнего Востока было нормальным называть своими божествами всех и многих. Прорицатели обращались ко множеству богов множество раз и разными способами, чтобы достичь желаемых результатов.
Прорицатели обращались к множеству богов множество раз и разными способами, чтобы достичь желаемых результатов.
Этих капризных божеств можно было убедить ответить в пользу прорицателя, например, с помощью ароматических жертв курения, приносимых в освященных местах. В этой истории Валаам и Валак предполагают именно это (23:4, 13-15, 27-30). Современному западному зрителю такое мировоззрение может показаться абсурдным, но израильтяне, несомненно, были с ним знакомы.
Божий суверенитет над сверхъестественным
Вторжение прорицателя в этот кульминационный момент книги Числа должно было вызвать тревогу у первых читателей. Народ, благословленный Богом, вот-вот получит проклятие от иноземного агента. Если решениями других богов можно манипулировать с помощью такой практики, как гадание, то, возможно, и Божий план для израильтян можно изменить. Божьи обетования смогли выдержать восстание (Числ. 16), иностранные армии (Числ. 21) и, конечно же, грех (например, Числ. 11), но теперь им угрожает отмена от руки сверхъестественных искусств.
Валак, безусловно, считает, что так оно и есть. Хотя Бог в Своем обещании Аврааму утверждает власть проклинать и благословлять, моавитский царь считает, что реальная власть находится в руках прорицателя Валаама, который якобы может склонить волю богов: «Я знаю, что кого ты благословишь, тот благословен, и кого ты проклянешь, тот проклят» (22:6). Поскольку Моисей отсутствует и не знает об этих событиях, у израильтян нет заступника, который мог бы предотвратить катастрофу. Поначалу Валааму кажется, что ему удалось уговорить Бога согласиться с планом, но всеведущий рассказчик раскрывает истинную позицию Бога в стихе 22. Настаивая на своем, Валаам (а впоследствии и Валак) получают наказание за свои грехи.
Присоединившись к Валаку, Валаам дважды пытается связаться с Богом, читая предзнаменования. Возможно, удивительно, но Бог отвечает прорицателю оба раза. В толковании этих знамений, которое Валаам передает в поэтической форме (23:7-10, 18-24), конкретно упоминаются обещания, данные Аврааму: израильтяне многочисленны, как песок, и Господь – Бог, Который избавил их от рабства в Египте.
Сначала кажется, что Валаам успешно уговорил Бога согласиться с его планом, но всеведущий рассказчик раскрывает истинную позицию Бога.
Как это было принято в практике гадания, Валак требует от Валаама сделать третью и последнюю попытку склонить Бога Израиля (ст. 25-27). Все те же приготовления делаются, но прежде чем гадатель успевает получить новые предзнаменования, происходит нечто неожиданное: Бог, несомненно, разочарованный коварством Валака, наконец ошеломляет Валаама двумя пророческими видениями (24:3-9, 15-19).
В обоих случаях Бог недвусмысленно заявляет, что племена будут надежно установлены – на земле. Далее Бог подтверждает Свое обещание Аврааму в отношении Израиля: «Благословляющий тебя благословен, и проклинающий тебя проклят» (Чис. 24:9; см. Быт. 12:3). Бог Израиля суверенно исполняет Свое Слово, и никакая другая сила не может помешать Его плану в отношении Своего народа.
Древнее обетование для сегодняшнего дня
То, что Бог исполняет Свои обещания, – это не послание надежды, предназначенное только для израильтян. Павел напоминает всем верующим, что через веру в Иисуса Христа мы тоже являемся наследниками обещания, данного Аврааму (Рим. 4:13).
Бог действительно сделал Свой народ многочисленным, Церковью, которая несет благословение до концов земли. И если мы во Христе, нашем Господе, нет никакой силы – ни естественной, ни сверхъестественной, – которая могла бы отлучить нас от обещаний и любви нашего Небесного Отца (8:38-39).